– Я нисколько не удивлен, что она так быстро завладела твоими помыслами, – сказал он наконец. – Но позволю себе напомнить, что, согласно преданию, валькирии были очень агрессивными и довольно опасными женщинами.

– Зато с ними уж наверняка не заскучаешь, – отозвался принц Руби.

Он неожиданно повернулся и шагнул к телефону, стоявшему в углу гостиной на изящном столике в стиле шератон.

– Ты еще не выкинул визитную карточку, которую тебе всучил этот зануда из Государственного департамента*? Как, кстати, его звали?

* Государственный департамент – Министерство иностранных дел США.

– Джош Дэвис, – немедленно ответил Бен Рашид. – По-моему, я бросил ее в верхний ящик.

Ланс Руби выдвинул ящик стола и принялся рыться в нем; Бен Рашид с интересом наблюдал за действиями кузена.

– Я уверен, что он тоже будет на приеме, – сказал он наконец, увидев, что принц нашел карточку и взялся за телефонную трубку. – Может быть, лучше поговорить с ним там?

Ланс отрицательно покачал головой, и его волосы полыхнули медью в свете настольной лампы.

– Это займет не больше минуты, – ворчливо отозвался он. – А я хочу поскорее сообщить мистеру Дэвису, что передумал.

2

Я не отстану от тебя до тех пор, пока ты не расска-жешь все подробности! – строго предупредила подругу Нэнси Родригес, едва только Хани переступила через порог их скромного офиса.

– Я все рассказала тебе по телефону, – вздохнула Хани, устало пожимая плечами и подходя к овальному зеркалу на стене, которое Нэнси считала совершенно необходимым предметом обстановки офиса. Любая уважающая себя фирма, утверждала она, должна иметь на стенах как можно больше зеркал, чтобы служащим было удобнее следить за своим внешним видом. Старательно избегая пристального взгляда подруги, в котором сквозил упрек, Хани тщательно пригладила несколько белокурых прядей, выбившихся из прически.